Оружие самураев. Ножи и мечи самураев


Самурайские мечи дайсё.Катана и вакидзаси.Древнее оружие.изогнутый японский меч.Тати самурая.Японские обычаи

Катана (ритуальное оружие) — изогнутый японский меч с длиной клинка (без хвостовика) в пределах 60 - 70 см.(в некоторых случаях 95—120 см.) Первые свидетельства о появлении катана были запечетлены в XVI-XVII века. Японские мечи хранили на специальной подставке — Катанакакэ. Рукоять катаны имеет длину в 3,5 кулака (25-30см), обтягивались кожей ската, акулы или другим материалом и оплетали шелковым шнуром. Ширина клинка около 3 сантиметров, толщина — от 5 мм. Существует более десяти способов ручной оплетки. Самые древние катаны также, как и ножны для катаны, украшались орнаментом и передавались из поколения в поколения как семейная реликвия. Такое оружие стоило целое состояние.Лезвие клинка затачивалось до остроты бритвы. Хамон — линия закалки лезвия у катаны, различается несколько десятков типов хамонов, обычно выглядит как волны на режущей кромке. Вес катаны 1—1,5 кг. Согласно западной классификации катана относилась к длинным или полутораручным мечам по общей длине меча, а по технике использования — к полутораручным, так как использовался одноручный хват или двуручный. Особенно ценятся катаны, на которых есть «мэи» - подпись кузнеца, часто дополненная годом изготовления и названием провинции изготовления. Существуют случаи когда даже самые знатные кузнецы не оставляли своей подписи на оружии, потому что в период жестокой войны они могли быть покараны за изготовление смертоносного оружия. Для полной разборки катаны существует специальный инструмент в виде молоточка, однако она и сама быстро разбиралась (но не полностью), посредством вынимания из рукояти держателя именуемого «мекуги».

В некоторых случаях изготовления катаны на ножнах делались вырезы. Они служили местом ношения обычного ножа, используемого в походных условиях для хозяйственного использования и назывался «кодзука». Такие ножи появились на ножнах катаны в период появления длинных мечей «тати», однако в последствии начали появляться и на других разновидностях. Также в таких разрезах хранились «когаи». Этот инструмент использовались для развязывания узлов на шнурках, которыми крепились доспехи, а также как палочки для еды (тогда их было две). По некоторым легендам - во время боя «кодзука» втыкалась в труп поверженного противника, дабы обозначить своё превосходство и как «контрольный» удар. Тати использовался только величественными носителями высшего сословия при повседневной одежде и в быту и конечно же были рассчитаны как орудие всадника, поэтому были более длинее и изогнутее обычных катан (это способствовало более удобному рублению, нежели колотому удару, и возможности верхом достать противника лежащего на земле), тогда как обычная катана была предметом ношения пеших самураев низкого ранга и всех гражданских.

Ношение катаны было очень удобным, она находилась по центру тела за поясом кимоно (шнуром саго) лезвием вверх, рядом с ней был размещён и другой меч хозяина – вакидзаси. Умелый боец настолько чувствовал оружие, что мог выполнять акробатические трюки с обоими мечами за поясом, а также в процессе рукопашного боя обнажать орудие с последующим ударом непосредственно по окончанию трюка (например из прыжка или кувырка). Катана короче тати и обладает меньшей изогнутостью. Это обусловлено применением пешим войном, так как не должна зацепится за землю в ответственный момент и быть идеальной при колотом ударе. Согласно интересных установленных обычаев, чтобы нанести гостю несмываемый позор, достаточно было постучать ножнами своей катаны о его. А чтобы оскорбить всех присутствующих, надо было чуть вытащить катану из ножен.

Составные части катаны:

Украшение на рукояти под (или над) оплеткой — Мэнуки (Menuki), Примыкающее к цубе украшение, кольцо, упрочняющее ручку (муфта) — Фути (Fuchi), Шнур — Ито (Ito), Лезвие — Ками, Верхнее кольцо (головка) рукояти — Касира (Kashira), Вход в ножны — Коигути (Koiguchi), Оконечность ножен — Кодзири (Kojiri), Петля для завязок — Куриката (Kurikata), Бамбуковый клин для фиксации клинка в рукояти — Мэкуги (Mekugi), Хвостовик — Накаго, Завязки — Сагэо (Sageo), Кожа ската на рукоятку — Самэ (Same), Ножны — Сая (Saya), Прокладка между гардой и кольцом (шайба) — Сэппа (Seppa), Молоточек для разборки меча — Тэцу, Клинок — Тосин, Гарда — Цуба (Tsuba), Рукоять — Цука (Tsuka), Оплетка — Цукамаки, Муфта для фиксации меча в ножнах — Хабаки.

В паре дайсё (вакидзаси входил в носимый комплект вооружения самураев периода Эдо (1603 — 1868гг.), известный как пара мечей дайсё) вакидзаси использовался в качестве короткого второго меча.

Вакидзаси – короткий традиционный японский меч, по форме схожий с катаной, имеющий положение за поясом кимоно, аналогично катане. В основном вакидзаси использовался самураями и использовался в качестве оружия тогда, когда катана была недоступна или неприменима. Длина клинка — от 30 до 61 см. Общая длина с рукоятью 50—80 см. Длина рукоятки вакидзаси составляет обычно полтора - два хвата ладони (около 20см). Рукоять вакидзаси, как и катаны, как правило была обрамлена гравированным металлом или оплетена тесьмой, однако некоторые драгоценные мечи, могли иметь гладкую рукоятку. Клинок односторонней заточки, малой кривизны.

Вакидзаси изготавливался с «дзукури» различной формы и длины, обычно более тонким, чем у катаны. Степень выпуклости сечения лезвия вакидзаси намного меньше, поэтому по сравнению с катаной этот меч резал мягкие объекты более резко. Рукоять вакидзаси обычно выполнялась квадратным сечением. В ранние периоды японской истории малый меч танто носился вместо вакидзаси. В то время когда самурай одевал доспех, вместо катаны и вакидзаси использовался тати и танто. Если воин входил в помещение он обязан был оставить катану на пороге у слуги или на катанакакэ, а вакидзаси всегда носился при себе. Серьёзные и уважаемые школы фехтования обучали использовать катана и вакидзаси одновременно.

Согласно правилам вакидзаси было разрешено носить купцам, ремесленникам и другим профессиям среднего сословия, в то время как катана – только самураям, поэтому данная категория граждан использовала вакидзаси как основное оружие.

Этот меч находился слева за поясом кимоно, что в общем-то соответствует его названию (в переводе "вакидзаси" означает «воткнутый сбоку»). Чаще всего его располагали параллельно основному мечу, но ближе к телу. Для настоящего война-ценителя своего оружия было очень важным чтобы катана и вакидзаси изготавливались одним мастером в комплекте в одном стиле или дизайне.

< Предыдущая Следующая >
 

Похожие статьи:

Следующие статьи:

Предыдущие статьи:

www.knife.kiev.ua

Оружие самураев | MIUKI MIKADO • Виртуальная Япония

Основным наступательным оружием самурайских дружин средневековья были копьё и меч, применявшиеся для ближнего боя, и лук со стрелами, использовавшиеся в борьбе с противником на расстоянии. Наибольшей ценностью для самурая был меч — и как вооружение профессионального воина, разящее врага и защищающее одновременно жизнь его обладателя, и как символ сословия воинов, эмблема доблести, чести, могущества и храбрости, неоднократно воспетый в легендах, рассказах, песнях и стихах. С глубокой древности меч рассматривался японцами как священное оружие — подарок «солнечной богини» своему внуку, которого она послала править на земле и вершить с помощью этого меча дело справедливости, искоренять зло и утверждать добро. Именно поэтому меч стал принадлежностью синтоистского культа, он украшал храмы и священные места; приносимый верующими в качестве пожертвования богам, он сам являлся святыней, в честь которой воздвигались храмы.

В литературных источниках упоминается, что в VIII в. священники синто сами принимали участие в производстве мечей — занимались их чисткой и полировкой.

Древний японский меч (цуруги, или кэн), находимый часто при археологических раскопках в дольменах и гробницах среди другого сопроводительного похоронного инвентаря, напоминал старинные китайские обоюдоострые мечи. Для него была характерна прямая форма лезвия и двусторонняя заточка. Такой меч воины носили на спине (наискось), а когда его нужно было пустить в ход, брались за рукоять обеими руками. Впоследствии клинок стали затачивать с одной стороны. Приблизительно к VII в. была создана новая форма меча с легким изгибом на спинке лезвия. Мечи такого вида позднее получила название «нихонто» — «японский меч» и дошли до нашего времени, не изменив формы, которая считалась идеальной и характерной только для мечей Японии.

Японский меч изготовлялся всегда людьми, принадлежавшими к господствующему классу, и был в феодальное время выражением во всех отношениях привилегией этого класса. Ковали мечи обычно родственники самураев или придворных.

С началом междоусобиц спрос на мечи резко возрос; могущественные феодалы начали покровительствовать знаменитым оружейникам.

Ковке мечей придали вид богослужебной церемонии, при которой производился ряд сложных действий религиозного характера. Они должны были оградить меч и соответственно его будущего владельца от сил зла. Прежде чем японский кузнец (катана-кадзи) приступал к делу, он совершал ритуальный акт очищения своего тела. Перед алтарём, который в каждой кузнице имел своё постоянное место, кузнец морально готовил себя к предстоящей работе, чтобы гарантировать успех предприятия. В соответственные моменты изготовления меча он облачался в парадную одежду — кугэ, а сама мастерская после тщательной уборки обвешивалась симэ — ритуальными украшениями, сплетёнными из рисовой соломы. Пучки симэ являлись атрибутом синтоистских храмов и символизировали собой чистоту и безопасность.

Сложна была технология производства мечей. Оружейную сталь для них получали путём выплавки металла из магнитного железняка и железистых песков. Собственно клинок формировался из многих слоёв железных полос с разным содержанием углерода, сваренных между собой в процессе плавления и ковки. В результате проковки, вытягивания, многократного складывания и новой проковки полос металла образовывался тонкий брус, состоящий из огромного числа прочно соединённых тончайших слоёв разноуглеродной стали. Некоторые мастера самурайских мечей средневековья тратили на изготовление одного меча по нескольку лет, накладывая один слой на другой.

Низкоуглеродистый металл, соединённый с высокоуглеродистым, приобретал значительную твёрдость и в то же время вязкость. В дальнейшем клинок шлифовался на нескольких грубых и тонких шлифовальных камнях и подвергался закалке.

Подобные клинки не уступали по прочности дамасским и считались лучшими на всём Дальнем Востоке. С конца XVII в. для изготовления мечей кузнецы стали употреблять металл, привозимый в Японию из Европы. Этот материал японцы называли «намбантэцу», т.е. «привозной металл» или «металл южных варваров» (так как корабли португальцев приходили в Японию с юга).

Режущие качества клинка и твёрдость руки самурая проверяли обычно на трупах убитых в бою противников или трупах преступников. Хорошим мечом самурай мог перерубить три положенных один на другой трупа. В поединках и на войне буси старались ударить мечом так, чтобы разрубить тело врага от плеча до пояса или от плеча до сердца.

На многие мечи мастера ковки наносили символические рисунки, имевшие смысл магических формул. Назначением этих рисунков было отгонять всё злое и призывать благо, поставить хозяина меча под влияние благих сил и избавить его от воздействия дурных. Первостепенную роль играли изображения небесных светил, способных оказать в соответствии с воззрениями китайской мифологии влияние на земную жизнь людей.

В период господства Сёгунов Асикага утвердилась традиция ношения воинами двух мечей, которые стали общей привилегией самурайства. К этому времени мечи стали принадлежностью не только военного костюма и снаряжения, но и гражданского платья буси и носились всем сословием самураев, начиная от рядового дружинника и кончая сёгуном.

Первоначально второй меч считался запасным, но потом это положение утвердилось как обычай двумечия. Оба меча назывались дайсё-но косимоно, т.е. «большой и малый мечи», носимые (заткнутыми) за поясом (сокр. — дайсё) Большим мечом (катана, или дайто) считался тот, который был длиннее двух сяку, малым (вакидзаси, или сёто) — короче двух сяку. Длинный меч предназначался для ведения боевых действий, короткий — для отрезания голов убитых и харакири. Кроме двух мечей, самураи носили иногда и третий — танто, служивший кинжалом.

Боевые мечи самураев времён феодальных войн (XII — XVII вв.) были просты в исполнении, их носили обычно в деревянных ножнах (сая). Оба меча, как правило, делались в паре одним мастером-оружейником. К вспомогательным инструментам, вставляемым в ножны мечей, относились: маленький нож — кодзука (такое название этот нож получил по названию украшенной части грифа — художественного произведения, искусно выполняемого мастером), или когатана и когай. Кодзука употреблялся самураями в походной жизни для подсобных целей. Иногда его использовали как метательный нож. Применение когая было более широким. Он мог служить как хаси при еде, как принадлежность письма в старину (для выцарапывания иероглифов), как орудие для подтягивания конской упряжи и т.п., в качестве шпильки для волос или ложечки для чистки уха; на поле сражения когай оставляли воткнутым в тело или голову убитого противника с целью установления затем имени победителя, когай использовался также для того, чтобы укрепить голову убитого врага на поясе. Существенной деталью военного меча являлась круглая гарда (цуба), защищавшая кисть руки. Со временем цубы и украшения меча (эфесы — цука, головка рукоятки — футигасира, мэнуки и т.д.) стали изготовляться особыми мастерами-оружейниками и превратились в настоящее произведения искусства, собираемые коллекционерами многих стран.

Длина лезвий самурайских мечей не была стандартной, она колебалась довольно значительно (от 63 до 80 см.). Борьба самураев, особенно на начальной стадии феодальной децентрализации, не была ещё единой битвой войска, а становилась чаще схваткой одиночек, поэтому каждый самурай заказывал себе то оружие, которое было для него удобным и отвечало его вкусам, вносил в исполнение меча свои собственные идеи. В начале XVII в., после прекращения междоусобных войн и объединения страны под властью Токугава, в производстве мечей происходят значительные изменения. Этот вид оружия практически уже не применяется и становится лишь символом сословия воинов. Появляются «новые мечи» (синто) в противоположность «старым мечам», отмеченным под собирательным названием «кото». Самураи стали предъявлять повышенные требования к художественному оформлению мечей этого периода, богатству декора, украшениям из драгоценных металлов, затрачивая на покупку некоторых образцов огромные суммы. Самурай, как бы беден он ни был, мог иметь клинок хорошей стали и в превосходной оправе, считая, что лучше страдать от голода, нежели не иметь эмблемы, подчёркивающей его сословное положение. Ради меча самурай мог пожертвовать и своей собственной жизнью, и жизнью членов своей семьи. Такое отношение привело к тому, что обычное почитание меча переросло в его культ.

В своём «завещании» (своде законов по управлению страной 1615 г.) Токугава Иэясу приказал: «Каждый, кто имеет право носить длинный меч, должен помнить, что его меч должен рассматриваться как его душа, что он должен отделиться от него лишь тогда, когда он расстанется с жизнью. Если он забудет о своём мече, то он должен быть наказан».

Культ меча породил этику меча и относящиеся к нему строгие законы, нарушение которых смывалось только кровью. Своеобразный язык меча позволял объясняться без слов с предельной откровенностью, подчас дерзостью. В дом самурая с длинным мечом за поясом мог войти только глава клана (т.е. даймё) или буси, стоящий рангом выше хозяина, причём оружие вошедшего клали на подставку для меча невдалеке от гостя. Во всех других случаях меч следовало оставлять в прихожей, иначе это могло быть расценено как оскорбление. Большой меч вынимали из-за пояса и клали, становясь на колени для обычного приветствия, по правую сторону от себя. Тем самым демонстрировалось доверие к хозяину и доброжелательность, ибо меч трудно было вытащить из ножен с необходимой быстротой. Если же хозяин держал свой меч на полу слева, это говорило о его явном недружелюбии к незваному гостю.

При дружеском общении с хозяином гость мог оставить свой большой меч в соседней комнате или отдать его слуге, который принимал сокровище с величайшим почтением и на вытянутых руках в шёлковом платке относил к стойке. На горизонтальной стойке для мечей хранился и меч хозяина (иногда несколько мечей). Во время беседы мечи клали так, что рукоятки были обращены на владельца, а клинок в ножнах — на собеседника. Короткий меч чаще всего оставался за поясом. При официальной встрече положить меч рукоятью к собеседнику означало нанести ему страшное оскорбление — усомниться в его способностях фехтовальщика и выказать полное пренебрежение к его «молниеносному удару». Ещё большим оскорблением была попытка притронуться к мечу без разрешения хозяина, а тем более — наступить на меч или отбросить его ногой.

Так же строго следили за обнажением клинка, который можно было вытащить из ножен только тогда, когда владелец меча или коллекции мечей хотел показать лезвие другу. Похвалить меч, рассматривая наполовину вынутый из ножен клинок, означало пролить бальзам на душу хозяина, доставить ему величайшее удовольствие. Обнажённый меч (сираха или хакудзин) означал враждебность и разрыв дружбы. Если владелец меча всё же хотел показать весь клинок, то он отдавал оружие другу с тем, чтобы тот сам с многократными извинениями и комплиментами по полагающемуся этикету вынул меч из ножен.

В напряжённой обстановке притронувшись к мечу, можно было спровоцировать инцидент. Если самурай видел, что сосед поглаживает или поворачивает рукоять своего меча, он немедленно обнажал клинок. То же самое происходило, если в тесноте сосед невежливо отпихивал мешающие ему ножны, то есть допускал неподобающее обращение со святыней. Прямым вызовом на поединок служило бряцание гардой о ножны, для чего надо было слегка выдвинуть лезвие и затем отпустить. Человек рассеянный, допустивший подобный жест в минуту задумчивости, рисковал быть разрубленным на две половинки без всякого предупреждения. То же самое было действительно и для другого холодного оружия. Копья, например, положено было держать в футлярах, так как обнажённое на улице оружие (суяри) в глазах японцев являлось смертельным оскорблением. С мечом была связана масса суеверий, в некоторых случаях слово «меч» не произносилось; на оружие в данном случае накладывалось табу. Например, короткий меч вакидзаси в буквальном переводе означает «на боку воткнутое».

Самурай никогда не расставался со своими мечами, они всегда занимали самые видные места в его доме: в специальной нише (токонома) в главном углу комнаты на подставке для мечей, называемой «татикакэ», или «катанакакэ», Ночью мечи клались в изголовье на таком расстоянии, чтобы их можно было легко достать рукой.

Во время переправ через реки и небольшие озёра самураи обращались со своим оружием крайне бережно: старались по возможности не погружать его в воду, надевали на рукояти мечей специальные чехлы, чтобы предохранить их от влаги. Такое отношение к мечу сохранилось и в императорской армии после буржуазной революции Мэйдзи вплоть до разгрома империалистической Японии во второй мировой войне. Токугавские власти ревностно следили за исполнением закона о праве ношения мечей (тайто-гомэн). Только придворной аристократии Киото, военному и гражданскому чиновничеству сёгуната и самураям разрешалось носить два меча. Учёным, ремесленникам и крестьянам позволялось носить лишь короткий меч и то только по особому разрешению во время больших праздников или путешествий. Мелким лавочникам, нищим и париям (эта) было категорически запрещено ношение любого меча.

Несмотря на то что меч представлялся самураями как символ чистоты, добра и справедливости, карающей зло, несмотря на осуждение кодексом бусидо беспорядочного применения оружия, правила которого считали бесчестьем обижать невинного и слабого, меч на протяжении всей его истории служил инструментом насилия, несправедливости и жестокости.

Ярким примером несправедливого и бесчестного употребления меча, помимо применения его в захватнических войнах, является зверский обряд пробы нового меча — тамэси-гири, или цудзи-гири (букв. «убийство на перекрёстке дорог»). Сущность обряда заключалась в том, что новый, не бывший в употреблении меч обязательно надо было испытать на человеке. Нередко нищие, беспомощно лежавшие на обочине дороги, крестьяне, поздно возвращавшиеся с полей, становились жертвами тэмаси-гири, погибая от руки негодяев, выходивших в сумерках на своё ужасное дело.

Местные власти, пытаясь предупредить беззаконие, выставляли на улицах ночные посты и устраивали караульные помещения на перекрёстках дорог. Однако охрана относилась к своим обязанностям небрежно, а потому число убитых самураями прохожих и путников исчислялось тысячами. Самураи, не желавшие испытывать меч на невинных людях, практиковали другой способ тэмаси-гири. Они отдавали свой меч палачу для того, чтобы тот опробовал их оружие (за определённую плату) на осуждённом преступнике.

Не менее важным, чем меч, в вооружении самурая был большой лук (оюми рис. — 1), сохранивший свои размеры и форму с древних времён. Наиболее характерными для больших японских луков было расположение места стрельбы, которое помещалось не в середине, а немного ниже центра лука. Уже у древнейших луков верхняя их часть имела 36 обмотанных тростником участков, помещавшихся ниже места, за которое брались рукой.

В отличие от лука колчаны для стрел были весьма разнообразны. Их изготовляли из дерева с матерчатой обивкой, плели из ивовых прутьев или бамбука. На войне самураи носили два колчана: на боку — маленький, сплетённый из ивы, и на спине — большой. Спинной колчан прикреплялся сзади с таким расчётом, чтобы стрелы возвышались над плечом и их можно было легко выхватить. Больше других был распространен колчан, обшитый снаружи мехом — эбира (рис.- 6).

В эпоху Гэмпэй и позже применялись также колчаны уцубо, кувшинообразные цубо янагуи и плоские колчаны хира янагуи. К носящим ремням колчана подвешивался рулон с запасной тетивой (гэн) для лука. Однако чаще её прикрепляли к поясу, на котором носили меч. В комплект входил также кожаный нарукавник томо, предохранявший руку от удара тетивы (рис. — 3).

Стрелам в зависимости от их назначения (военные, охотничьи, учебные, сигнальные) придавались самые разнообразные формы (рис.- 2). Материалом для наконечников служили железо, медь, рог или кость, бамбук и т.д. Боевые стрелы имели стальные наконечники, тренировочные — роговые (для стрельбы по соломенным мишеням) или деревянные (для упражнения при инуомоно — преследовании собак) (рис.- 4).

Перед началом битвы в воздух выпускалась свистящая стрела с насадкой из оленьего рога (кабурая — рис. — 5). Ею стреляли для вызова и оповещения неприятеля о начале боя.

Веретено стрелы делалось из ивы или бамбука; оперение состояло из 2 — 4 перьев орла.

Кроме обычных стрел, каждый самурай имел в своём колчане особую «родовую стрелу» с его собственным именем, которая не употреблялась как оружие. По этой стреле узнавали убитого на поле битвы, она забиралась победителем в качестве трофея.

О стрелках из лука были сложены в Японии легенды ещё в древние времена. В них превозносились боевые качества японских луков и искусство стрелков. В феодальное время лук становится основным оружием самурая. Среди 28 видов военных искусств XVII в. искусство стрельбы из лука занимало первое место, а понятия «война» и «лук и стрелы» (юмия) считались равнозначными. Даже с введением огнестрельного оружия лук не утратил своего значения, так как был более скорострельным и надёжным, нежели заряжающиеся со ствола пищали.

Наряду с зоркостью глаза лучник должен был обладать также большой силой и выносливостью. Выдержка, сила и меткость стрелков проверялась обычно во время тренировок, религиозных праздников и состязаний отдельных воинов. В этом плане наиболее показательны стрельбы Дайхати Вада, выпустившего в 1686 г. в течении суток 8133 стрелы, и Масатоки, стрелявшего 19 мая 1852 г. 10050 стрелами, 5383 из которых достигли цели.

В феодальных средневековых войнах всадники и пехотинцы применяли также копья (яри) — короткие у конных самураев и длинные (около 4 — 6 м.) у асикагу — и алебарды. Последние особенно часто употреблялись не только самураями, но и монахами.

Начиная с XVI в. в войсках феодалов распространились пушки и ружья с кремниевыми замками (тэппо), завезённые португальцами. Однако это оружие за 300 лет существования не претерпело почти никакого изменения и вплоть до 1860 г. оставалось в том же исполнении, что и в XVI веке. При этом лук и особенно меч не были вытеснены огнестрельным оружием и продолжали оставаться основными в вооружении самурая.

> Галерея фотографий • ЯПОНСКОЕ ОРУЖИЕ

Похожие записи на сайте miuki.info:

miuki.info

Мечи самураев.

Cтатья из книги «Оружие :: Возникновение. Эволюция. Применение». Автор Г.Э. Введенский кандидат культурологии, действительный член академии военно-исторических наук, известный специалист по боевому и художественному оружию.

Азия — родина сабли. Азия — часть света, подарившая человечеству большое количество блистательных открытий. Но Азия неоднородна. Сколь различны населяющие Азию народы и их традиции, столь же разнообразно и экзотично их оружие. Индийские кутары, непальские кукри, китайские двойные мечи, малайские крысы и многое другое - весь этот необычайно разнообразный арсенал применялся как для охоты на зверя, так и для «охоты» на человека. Огромный комплекс древкового, ударного, метательного и прочего вооружения заслуживает многотомного издания. Не имея возможности рассказать обо всем восточном оружии, хочется предложить вниманию читателя то, что можно было бы назвать «квинтэссенцией Азии» и в определенном смысле — «квинтэссенцией азиатского оружия»; а это, бесспорно, японские мечи.

Когда говорят о Японии, слово «самурай» употребляют как нарицательное имя воина. Действительно, это военно-феодальное, или, как сказали бы на Руси, служилое, сословие многие столетия являлось лицом страны. Культура самураев составляла важную часть общенациональной культуры Японии, а для немногих европейцев, которые посещали это закрытое государство, именно она была единственной, заслуживающей внимания и описания. Сущностью духовной жизни самурая на протяжении всей истории японского дворянства был меч. Он же являлся единственным средством существования. 35-й закон Токугава Йэясу гласил: «Меч — это душа самурая. Тот, кто потеряет меч, тот потеряет честь и подлежит строжайшему штрафу». Не случайно именно в японских монастырях сосредоточены столь богатые собрания мечей. Особенно много рассказывают о всемирно известном «кладе мечей» в храме йцуку-Шима. Меч — первое, с чем расставался сёхэй, монах-воитель, отрекаясь от светской жизни. Ни в одной стране мира культ меча не получил такого развития, как в Японии, где меч стал в полном смысле слова предметом религиозного поклонения. Даже возникновение меча легенды связывают с божествами синтоистского пантеона. Согласно преданию религии синто, когда принц Сусано убил восьмиглавого дракона, из отрубленного хвоста чудовища выпал клинок, который принц поднес в знак своей победы богине солнца Аматерасу. После божественных героев ни один смертный не мог смотреть на сияние клинка, и десятый тенно (император) приказал изготовить его копию, а настоящий меч спрятал в ларь, освященный самой Аматерасу. Вынимали его только для похода на северные острова, там он спас жизнь принцу и, благодаря необычности способа спасения, заслужил редкое для меча название. Когда принц попал в засаду, он скосил траву вокруг себя и, оставаясь в скошенном кругу, поджег высокую сухую траву. В огне погибли враги, которые уже ликовали, уверенные в победе, а меч назвали кусанаги - косящий траву.

Только в Японии существует периодизация истории мечей. До 900 года н. э. простирается Древний период. Это эпоха возникновения мечей в стране. По всей вероятности, они имели китайское происхождение. Некоторые мечи были прямые и обоюдоострые, некоторые имели долы и расширение боевого конца на манер елмани. Даже термины, обозначающие эти типы мечей, - кэн и иуруги - происходят, по мнению лингвистов, от китайских слов. Особенно прославился в это время мастер Амакуни из Ямато, живший в VIII веке.Период «старых мечей», кото, длился с 900 по 1596 (или, по другим источникам, по 1573) год. В боевых порядках этой эпохи меч не употреблялся; армия вооружалась копьями, луками и стрелами. Меч был личным оборонительным оружием. Именно в этот период, с приходом к власти семьи Фудзивара, развивается новый класс - самураи. Распространение искусства изготовления мечей связано и с появлением служилого сословия в обществе, и с раздробленностью страны, и с постоянными войнами, которыеявлялись следствием межклановой борьбы за власть.

  Клинок меча «тати»

Период "старых мечей" ознаменовался появлением ряда школ ковки мечей. Наиболее древний центр находился в провинции Бидзен (ныне южная часть префектуры Окаяма), где и сформировалась старейшая школа. Ее ответвлениями считаются расположенные недалеко от столицы сегуна в Камакуре школы Фукиона, Осафунэ, Ёсии и Омия. Мечи этого времени отличаются особой тщательностью отделки клинков. Клинкам мастера Мура-маса приписывалась особая «кровопролитность», считалось, что нанесенные ими раны не заживают. Этими клинками можно было разрубить лист бумаги, плавающий на поверхности воды. Позднее Йэясу Токугава запретил изготовление клинков такой остроты. Школа Ямасира (по названию провинции) тоже имела семь ветвей, школа Ямато — пять, школа Сагами — три и школа Мино — две ветви. Славу этого периода составили такие мастера, как Цинсоку из Бидзен (мастер императора Гейцей, IX в.), Огара Санемори (середина IX в.), Мунесика из Киото (X в.), Иосимицу, Куниюки и Кунитоси (XIII в.), Масамуне, Каниюдзи Оканемицу (XIV в.). Император Готоба (1183-1189) был столь большим любителем мечей, что держал при дворе тридцать девять самых знаменитых мастеров, чтобы каждый месяц иметь новый меч.

Период «новых мечей», синто, относится к 1597 (1573) — 1876 годам. В эту эпоху завершилась долгая гражданская война. Национальные герои Японии Одо Набунага, Тойотоми Хидэёси и Йэясу Токугава привели страну к миру. Мечи утратили свое боевое значение и превратились в элемент костюма, но элемент одухотворенный и весьма почитаемый. Период отмечен высочайшим художественным уровнем декорирования оружия. Господствующими мотивами становятся драконы, цветы, пейзажи. Это время по праву называют периодом кузнецов Эдо (Токио) — столицы сегунов Токугава. Прославились в эти годы и кузнецы Удзифуса (рубеж XV—XVI вв.), и Уметада Миодзу, вызванный в 1546 году в Киото. Известности достигли мастера Канэсада и Канисэнэ. В XVI веке центром производства стал город Осафунэ провинции Бидзен, где работали такие знаменитости, как Гарумицу, Сукэсада, Киомицу и другие.С 1876 года до наших дней длится период «современных мечей» — гендайто, когда традиция изготовления мечей оказалась под угрозой исчезновения. Но в последние годы под руководством общества по сохранению искусства ковки мечей при Национальном музее в Токио ведется изучение традиций ковки и даже техническое усовершенствование процесса их изготовления. В 1968 году из журнала "Япония" мы узнали имя тогда еще 24-летнего мастера школы Сосю — Такедзи Ямамуро. В 1977 году Ике-Швальбе и Карпински сообщили имя другого здравствующего мастера — Миягути Цунетоси. Сейчас, как рассказывают счастливые очевидцы, мастеров уже много, но, увы, мы имеем пока очень незначительные контакты.

Изготовление меча в Японии никогда не было ремеслом. Клинки не выковывались впрок, на продажу. Поводом для создания клинка мог послужить исключительно заказ самурая. Кузнецы были знаменитыми и весьма уважаемыми людьми. Император Готоба провозгласил создание мечей ремеслом, достойным того, чтобы им занимались принцы. Из источников VIII века известно, что один синтоистский монах работал чистильщиком мечей.

Все этапы изготовления мечей проходили в необыкновенной чистоте. Это считалось высшим повелением и относилось и к рабочему месту, и к мастеру. Прежде чем приступить к началу работ, кадзи (кузнец) проводил ритуальное омовение тела, облачался в белые одежды и прятал волосы под шапочку в виде кораблика. Определенное место в каждой кузнице занимал молитвенный ларец, перед которым кадзи концентрировал все свое внимание перед работой. После этого готовились руда и песок с содержанием кварца.

Работа начиналась с получения стали из железистого песка, которая затем соединялась с мягким сварочным железом. Пласт мягкого железа обкладывали кусками сырой стали, после чего раскаляли на сосновых углях, сваривали, выковывали и охлаждали. Получившиеся куски проковывали вдоль и поперек. Чтобы оградить заготовку от нежелательных воздействий в период между сварками и ковкой, мастер окутывал будущий меч сырой глиной, смешанной с соломенным пеплом. Ни один волосок не должен был попасть на металл: мастер постоянно чистил и молот и наковальню. При каждой проковке изменяется количество углерода в стали и уменьшается количество содержащихся в ней шлаков и прочих загрязнений. Поэтому процесс ковки повторяли 15—20 раз и в конце концов получали стержень, состоящий из многих слоев стали. Часто мастера сваривали два стержня и более, после чего проковка продолжалась. При многослойной проковке металла на поверхности появлялся узор. В связи с чем, что этот узор напоминает кольца на срезе дерева, существует еще одна классификация клинков; хара-мэ (узор стали), ита-мэ (сучковатое дерево), маса-мэ (прямослойный клинок), моку-мэ (древесная кора). Прежде чем придать клинку окончательную форму; кузнец перед последней проковкой вкладывал внутрь клинка стержень более мягкого железа, чем добивался сочетания твердости и эластичности. Современные исследования показали, что эти качества достигались еще и благодаря тому, что руда содержала окись молибдена. 

Форма клинка создавалась скоблением и шлифованием. Одновременно намечалась форма черена для эфеса — накаго, и начиналась особая часть работы: закаливание клинка. Вновь совершались обряды, выбеливались стены кузницы, и только затем приступали к работе. Клинок обмазывался глиной в смеси с речным песком и пудрой древесного угля. Тонкой бамбуковой палочкой мастер снимал слой обмазки с лезвия. После того как оставшаяся смесь засыхала, начиналось закаливание. Мастер держал клинок очищенным лезвием вниз, к огню, который мехами доводили до необходимой температуры. Заново выбеленные стены кузницы позволяли мастеру определять степень закалки по цвету раскаленного металла. В те времена опыт мастера был единственным залогом успеха. Даже в трактатах об изготовлении мечей описание степени закала можно назвать скорее лирическим произведением, нежели техническим пособием: «Надо согревать сталь до тех пор, пока она не станет цвета луны, когда она готовится в июньские или июльские вечера совершить свое путешествие по небу». Раскаленный клинок быстро охлаждается в воде, температура которой должна соответствовать февральской или августовской. По краю глиняной обмазки появляется линия закала. Мастер придирчиво осматривает свое творение и лишь после этого набивает на черене свое имя, имя заказчика, название местности или храма, где меч освящен. Только тогда клинок передается полировщику — катана-тоги. С помощью различных точильных камней меч не только точили, но и полировали, придавая клинкам изумительной красоты матовость.

Эта работа продолжалась от пятнадцати до двадцати дней. Полировщик-точильщик держал клинок куском ткани и водил им по закрепленному над чаном с водой камню. После заточки клинок натирался мельчайшим каменным песком для придания ему лучистого блеска. Совершенно особенным был эфес у японского меча. Рукоять обтягивалась галюшой — кожей акулы или ската, выделанной по особой технологии, а ножны делались из ценных пород дерева, таких, как магнолия, и покрывались цветным или черным лаком, И рукоять, и ножны украшались металлическими накладками, о которых речь пойдет ниже.

Мечи не были одинаковыми. Их формы, декор, размеры и способы ношения варьировались в зависимости от предназначения. Немаловажным было и положение, которое занимал владелец меча. В XVII веке сословие воинов — буси — составляло около двух миллионов человек (вместе с семьями). В него входили все, от сегуна до самурая. В среде самураев существовала сложная иерархическая градация, основой которой была степень близости к дому сегунов и материальное положение. Высшую группу составляли даймё (большое имя) — самые крупные землевладельцы. Они делились на несколько категорий. Первыми в их ряду стояли три ветви рода Токугава, именуемые по их княжествам: Кии, Овари, Мито. За ними следовали три более отдаленные родственные ветви Токугава: Таясу, Хитоцубаси и Симидзу, которые не имели замков в своих владениях, жили в Эдо и занимали высшие посты в государстве. Далее располагались семьи, наиболее преданные дому Токугава (их было 176), и замыкали эту высшую группу еще 86 семей. Ниже по иерархической лестнице располагались мелкопоместные самураи — сёмё (малое имя), которые являлись вассалами сегуна и именовались хатамото и гокэнин. Они составляли средний слой самурайства, являвшийся в некотором смысле его становым хребтом. Еще ниже стояли байсин — вассалы вассалов, и замыкали сословие рядовые воины. 

Одинокие самураи — ронины (лишившиеся своего господина) — не имели права на место в феодальной организации и становились, по сути, изгоями, оставаясь при этом самураями. «Меж цветов красуется сакура, меж людей — самураи», — гласит японская пословица. Для простолюдина самураи всегда был символом духовного и физического совершенства. На протяжении тринадцати веков существования этого воинского сословия самурай должен был воплощать в себе конфуцианские добродетели и вместе с тем обладать свирепостью нио — стражей ворот буддийских храмов. Жизнь самурая подчинялась лишь закону гири — закону чести. Душой его был меч, а постоянными занятиями — война, изящная словесность, каллиграфия и живопись. О таких самураях слагали легенды и песни.

Необходимо напомнить, что зажиточные крестьяне, старосты общин и купцы имели право, особенно во время различных церемоний (свадьба, похороны и т. п.), носить один малый меч. Нищие, ростовщики, лавочники и представители других непрестижных профессий не имели права осквернять меч своим прикосновением. Самураи же, кроме малого меча — вакидзаси, должны были носить в паре с ним средний меч, именуемый катана. Вместе они так и назывались дайсё — пара — и носились за поясом. Катана полагалось снимать, приходя в гости, и тем более при дворе императора. Большой боевой меч — тати, носившийся у бедра на кожаных тесемках, прикрепленных к поясу, не снимали. Уважением к боевому мечу обусловливалось право не снимать его даже в присутствии тэнно (императора), что позволило называть его придворным мечом и обусловило его роскошное убранство. Длина клинка такого боевого оружия доходила до 120 см. Позже появляются различия даже среди тати: меч для собраний во время отдыха при дворе - ходзё-но-тати, меч для празднеств - гидзё-но-тати и т.д.

Вместе с тати на поясе носился кинжал - танто, который в Средние века прятали в складках одежды, а посте окончания гражданской войны стали носить открыто. Кинжал кайкэ чуть короче танто. Его носили женщины из самурайских семей. Каждая девочка получала кинжал по достижении совершеннолетия. Ножи изготавливались по особой технологии. Полоса металла для клинка свертывалась вдоль и проковывалась. Если разрезать клинок, то можно увидеть свернутый в виде рулета металл, на который наварено лезвие из более твердого сплава. Согнуть такой нож практически невозможно. Только перед тем как его надеть, нож вынимали из деревянного футляра, приделывали рукоять и помещали в деревянные ножны. Прежде чем соединять рукоять с клинком, на хвостовик надевали металлическую пластину, служившую крестовиной. Для крепления рукояти в хвостовике клинка делались отверстия, сквозь которые продевались заглушки, фиксирующие рукоять. Длина кайкэ не превышает 21 см.

Отдельной темой разговоров среди европейцев является нож для сэппуку — ритуального самоубийства самурая. От обычных ножей он отличается особенно тщательной отделкой. Рукоять и ножны делаются из вишневого дерева, и он длиннее прочих ножей — около 30 см. Существовал еще один тип меча — тиисагатана, чуть длиннее вакидзаси и немного короче катана. Им самурай должен был заменять дайсё, когда приближался к даймё или сегуну. Любопытно отметить, что дети носили деревянные мечи, по форме соответствующие тем, что полагались их родителям. Настоящую пару они получали по достижении совершеннолетия. Вакидзаси по длине составляет нечто среднее между одним и двумя сяку, танто — меньше одного СЯКУ. катана и тати — более двух сяку (мера длины сяку равняется 30,3 см).

В доме каждого самурая напротив входа есть ниша, чуть приподнятая над уровнем пола, - это токонота, место для хранения мечей, что-то вроде красного угла в русском доме. В этой нише располагается какэ - подставка для хранения дайсё или тати. При посещении дома гостем мечи убирали: оставлять их на месте считалось весьма недружественным жестом. Гость тоже снимал свои мечи, но вакидзаси мог положить рядом с собой. Восхищение красотой меча гостя считалось непременной частью ритуала гостеприимства: хороший хозяин должен был расхваливать эфес, ножны и лезвие у эфеса, чуть-чуть вытащив меч из ножен. Выдергивать меч из ножен целиком — признак невоспитанности и даже открытой враждебности. Лишь после долгих утоворов владельца клинка хозяин, рассыпаясь в тысячах извинений, мог осмотреть весь клинок. Наука пользования мечом тоже была весьма красноречивой. Положить его перед собой и толкнуть так, чтобы меч развернулся рукоятью к собеседнику, означало начало вражды; ударить ножнами своего меча по ножнам другого было серьезным нарушением правил этикета; поворот ножен, удобный для выхватывания меча, был равносилен вызову. Войти в дом друга с мечом означало разорвать с ним все и всяческие отношения и т.д. Эти неписаные традиции свидетельствуют, насколько культ меча пронизывал весь жизненный уклад самурайского сословия.

Даже в таком сугубо лирическом произведении, каким является «Ямато-моногатари», герой Рё-сёсё (22-й эпизод) готов порвать со своей возлюбленной лишь потому, что она долго не присылала обещанную кожу для тесемок, крепящих меч:

От ненадежной возлюбленной, Которой я доверял, Кожи крашеной 

Глубины цвета

Не видя, порву с ней.

Его пассия, "пораженная этим стихотворением", сразу прислала кожу. Разумеется, омонимы придают этой танка и другой смысл, но то, что даже любовные сюжеты не обходятся без меча и его аксессуаров, говорит само за себя.

Изумителен декор японских мечей. Здесь мастера в большинстве случаев обходились без драгоценных металлов и достигали при этом фантастического эффекта. Наиболее часто использовались сплавы меди и золота — сякудо, меди и серебра (30—50 %) — сибуити и меди, олова и графита — сэнтоку. Разную окраску придавало медным сплавам травление.

Количество технических находок и маленьких хитростей, к которым прибегали мастера для украшения мечей, огромно. Наряду с этим использовались и техники, традиционно применявшиеся европейскими кузнецами. Это оброн (резьба по металлу), таушировка (вковывание узора из одного металла в другой), чернение, воронение и т.д. Особенно разыгрывалась фантазия мастеров при создании мэнуки, цуба, касира и фути. Мэнуки — это маленькие декоративные головки клинышков, закрепляющих рукоять. Располагаясь под оплеткой рукояти с обеих сторон, они должны были увеличивать трение, которое делало бы выбивание меча труднодостижимым. Мэнуки можно назвать маленьким чудом, на котором оттачивалась фантазия мастера. Цуба - фигурный щиток-гарда, защищающий руку бойца. Особо украшались касира - головка рукояти и фути - нижнее кольцо рукояти возле цуба. Естественно, что все детали одного меча выполнялись в едином стиле. В той же манере выполнялся и козуки - небольшой нож, носимый на самом мече. Именно прекрасное оформление мечей привлекало поначалу европейских собирателей, и те, не интересуясь качеством клинка, приобретали цуба и мэнуки, нарушая формальную целостность изделия.

О цуба нужно сказать несколько слов особо. Единственное в своем роде искусство украшения цуба оттачивалось веками, поэтому они и стали предметом коллекционирования в первую очередь. В наши дни коллекции цуба хранятся во многих музеях мира и, конечно же, в России. Такими собраниями располагает Государственный Эрмитаж, Исторический музей, Музей искусства народов Востока в Москве и ряд других музеев. В XV веке возникают целые династии мастеров-цубако и множество школ, которые отличаются использованием различных приемов изготовления и декора цуба. Одним из самых известных мастеров цуба является Умэтада Миёдзю (1558-1573). Он создал новую технику - нуномэдзо-ган, при которой металлическая поверхность цуба покрывалась мельчайшей штриховкой и в нее втиралось золото или серебро, что придавало металлу сходство с фактурой ткани. Уже в XVI столетии происходит полное отделение цубако от оружейников, что дает огромный толчок развитию изготовления цуба как самостоятельного вида искусства. Однако это искусство было практически уничтожено императорским эдиктом 1876 года, запрещавшим ношение мечей. Собирание цуба, начавшееся еще в XVIII веке и получившее дальнейшее развитие в XX веке, как уже отмечалось, уничтожало единство формы меча. Именно целостность и совершенство характерны для произведений японского искусства. А меч — это как раз то произведение искусства, которое доказывает не только физическое, но и духовное совершенство своего владельца.

royal.kasumi.ru

Названия частей японского меча. Названия частей лезвия

Названия частей рукоятки

Названия частей ножен

 Александр Харичев, katori.ru

antikclub.ru


Смотрите также