Еще ужастики, стр. 1. Р л стайн нож


Нож - Роберт Лоуренс Стайн

Все права на текст принадлежат автору: Роберт Лоуренс Стайн.Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.

Р. Л. Стайн Нож

«Нож»: Астрель / АСТ; М Оригинал: R. L. Stine, «The Knife», Перевод: М. Мартиросян

Глава 1

Неделей раньше — Эй, Лори! Подожди! На полпути до конца коридора Лори Мастерс повернулась и увидела надвигающуюся на нее тучу серебристых воздушных шариков. Впереди, вприпрыжку, шла невысокая, темноволосая, миловидная девушка и так крепко держала веревочки, будто опасалась, что гелий может поднять ее к потолку. Скай Кили, лучшая подруга Лори, неслась, тяжело дыша. — Где праздник? — поинтересовалась Лори. — Это для ребенка из девятьсот первой палаты, — ответила Скай. — Он уже получил столько игрушек и цветов, что, похоже, для него самого скоро там не будет места. А что ты делаешь в детском отделении? — Меня перевели сюда сегодня утром, — пояснила Лори. — В ортопедическом отделении произошли какие-то изменения. Ты даже представить себе не можешь, как люди умудряются ломать себе кости… Скай закатила глаза. — Расскажи мне об этом, — произнесла она без особого интереса. — Пойдем, — позвала Лори. — Мне надо отнести эти рентгеновские снимки в отделение медсестер. Девушки зашагали дальше по тускло освещенному коридору. Обе были одеты в невзрачные желто-коричневые халаты, которые в Шэдисайдском госпитале носили все студенты-практиканты. Но на точеной фигурке Лори он выглядел совсем неплохо. Она оставила снимки в отделении. — Встретимся в столовой во время обеда? — спросила Скай. — Конечно. Вдруг наконец сегодня ты встретишь того симпатичного студента-медика, которого забыть не можешь. Тогда покинешь этот госпиталь и остаток лета посвятишь своей личной жизни. — Очнись! В таком виде? — Скай остановилась и с отвращением дернула халат. — Не пойму, и как только тебе удается так отлично в нем выглядеть? Просто несправедливо, — проговорила она с завистью и потрясла темными волнистыми волосами. — В любом случае пока я не буду увольняться с этой работы. Между прочим, она не самая плохая из всех, что мне приходилось выполнять летом. И я уже не злюсь на тебя за то, что ты привела меня сюда. Неожиданно из-за угла появилась медсестра в накрахмаленном белом колпаке и форменной одежде. В руках она несла поднос с медикаментами. — Все, девушки. Приступайте к работе. Нельзя же стоять тут целый день и трепать языками, — сделав замечание, медсестра удалилась, поскрипывая тапочками на резиновой подошве. — О! — отреагировала Скай. — Это медсестра Уилтон. Эдит Уилтон. Держись от нее подальше. Говорят, она смеялась всего один раз в жизни, но, очевидно, это было до того, как мы с тобой родились. А вот и девятьсот первая. Ну, все. Увидимся за обедом. — Она открыла дверь и не без труда внесла в палату связку шариков. Лори сделала несколько шагов дальше по коридору. По мере того как она приближалась к строящемуся новому крылу госпиталя, шум строительных работ становился все громче. На тяжелой двери, которая отделила новое крыло от старого здания и частично заглушала грохот, висела яркая предупреждающая надпись: «ОПАСНО! НЕ ВХОДИТЬ!» Новое крыло строилось на десять миллионов долларов, которые Шэдисайдскому госпиталю пожертвовал Франклин Страх. При этом, унаследовав привычку своего предка Саймона Страха, миллионер называл все, что возводилось на его деньги, своим именем. Так появилось крыло Страха. «Не самое удачное название для отделения госпиталя», — с содроганием подумала Лори. Она остановилась и прислушалась. За дверью рабочие стучали молотками и что-то пилили. Но неожиданно во время минутного затишья Лори уловила какой-то другой, необычный звук. Девушка замерла. Нет, она не ошиблась — где-то поблизости рыдал ребенок. Лори огляделась. Плач явно доносился из 903 палаты, расположенной прямо напротив холла. Она поспешила туда, откуда раздавались эти тихие, жалобные стоны изнуренного ребенка, судя по всему страдающего уже длительное время. Легонько стукнув в дверь 903 палаты, Лори на цыпочках вошла внутрь. На громадной белой больничной койке, спиной ко входу, лежал маленький мальчик. — Всем привет! — бодрым голосом произнесла практикантка. Ребенок не шелохнулся, продолжая плакать, но теперь уже более тихим охрипшим голосом. Лори огляделась. В палате не было ни цветов, ни игрушек, ни открыток, абсолютно ничего, что могло бы хоть как-то развеселить больного, напуганного малыша. — Я пришла проведать тебя, — сказала она. Плач прекратился, но у мальчика было затрудненное дыхание, и он все еще не поворачивался в ее сторону, пристально глядя в окно, расположенное напротив двери. Лори подошла к изголовью кровати, чтобы прочитать, что написано на висевшей там медицинской карте, и проговорила вслух: — Тоби Диан… три года… пневмония. Его температура была в норме вот уже несколько дней, так что скоро он должен отправиться домой. Почему же малыш так несчастен? Обойдя койку, она подошла к ребенку с противоположной стороны. — Привет, Тоби. Меня зовут Лори. Я здесь работаю. — У него было маленькое, бледное личико, взъерошенные рыжевато-золотистые волосы и рыжие веснушки на носу. — Я — студентка-практикантка, — тихим голосом продолжила девушка. — Выполняю всякие поручения. Например, разношу разные вещи, а иногда навещаю людей, которым грустно и одиноко вдали от дома. Это ведь именно то, что ты сейчас чувствуешь? Тоби икнул и засопел. Лори достала из коробки, лежащей на тумбочке, бумажную салфетку и приложила ее к мокрым щекам мальчика. Он снова засопел и отвернулся. — Я тебя не виню. Я тоже плакала бы, если бы меня здесь держали. Но ты почти здоров. Держу пари, скоро вернешься домой. Мальчик тихо всхлипнул и изо всех сил зажмурил глаза. — Не хочешь поговорить? Ничего, все в порядке. Тогда я просто составлю тебе ненадолго компанию. — Лори ласково погладила его мягкую ручку, стараясь утешить. — Хочешь, я тебе почитаю? Могу раздобыть книжку и прочитать интересный рассказ. Идет? Внезапно дверь резко распахнулась, и в палату большими шагами вошла медсестра Уилтон. — Что вы здесь делаете? — грубо спросила она. — Я… я просто разговаривала с Тоби, пытаясь его немного развеселить, — смущенно ответила Лори. — Не теряйте зря время, — перебила ее медсестра. — Он не хочет с вами разговаривать. Он ни с кем не хочет разговаривать. Вы только беспокоите его. И вообще, вам следует быть в другом месте. Будьте добры, покиньте палату. Пораженная грубостью Уилтон, Лори вспомнила, что большинство медсестер сильно устают и становятся ворчливыми. Одна из ее подруг по колледжу, Майра Парне, рассказывала, что ее мать, тоже медсестра, часто перенапрягаясь, даже становилась странной. Покидая палату, она оглянулась, чтобы еще раз взглянуть на Тоби. Сейчас он смотрел на нее, выглядывая из-за широкой спины медсестры. Глаза его были полны слез, и во взгляде ощущалась недетская боль. Почувствовав какой-то внезапный толчок, девушка подумала, что этот ребенок нуждается в ее помощи.

Глава 2

— Что это за синее мясо? — спросила Скай, со стуком поставив поднос и усаживаясь за столик напротив Лори. — Сегодня в меню тушеное мясо, — отозвалась Лори. — Почему ты не взяла только салат? — Слишком здоровая пища. Я его толком не разглядела, пока не вынесла на свет. Фу! — Скай уставилась на свою тарелку. Их голоса заглушал гул столовой. Доктора и техники, в белых лабораторных халатах, толкались, занимая места за длинными столами. Бригады хирургов, в мягких зеленых колпаках, специальных ботинках и униформе, передвигались группами, тоже стараясь найти свободные места. Чуть поодаль сидели измотанные родственники больных. Возбужденные толпы медицинских работников сновали вокруг них с подносами в руках. — Я могу одолжить у тебя несколько воздушных шариков из тех, что ты относила сегодня утром? — почти крикнула Лори и, наклонившись над столом, рассказала подруге о Тоби Диане. — Может, шарики его порадуют, если, конечно, ребенок из девятьсот первой палаты не будет против, — заключила она. — Даже не заметит их отсутствия, — заявила Скай. — Стоит лишь открыть дверь в его палату, как игрушки оттуда вываливаются. После обеда добуду тебе несколько шариков. — Над её тарелкой закачался стетоскоп — медсестра, сидящая рядом, наклонилась, чтобы взять сахарницу, стоящую в центре стола. Скай оттолкнула своё тушёное мясо и стащила ломтик картошки с тарелки Лори, в которой лежал салат. — Сколько лотерейных билетов ты уже купила? — спросила она, похрустывая картошкой и протягивая руку за другим ломтиком. — Всего один, — ответила Лори, отодвигая тарелку. — Кстати, я их ещё продаю, если тебе нужно. — У меня уже есть выигрышный билет. Я в этом уверена. Собираюсь купить красный костюм, чтобы соответствовать машине, когда выиграю. Сотни жителей Шэдисайда состязались за красный спортивный «Мерседес-бенц», выставленный в вестибюле госпиталя. Это был приз лотереи, которая собирала деньги на завершение строительства франклиновского крыла Страха. Лори уже удалось продать четыре книжки билетов соседям и знакомым, которые не могли ей отказать, даже если у них уже и были эти билеты. — Не выбрасывай свою старую «Тойоту», пока тебе в руки не дадут ключи, — предупредила она подругу. — Что ты делаешь в эту субботу? У тебя свидание? — Целых два. С Джимом Фарроу и Эриком Портером. — Снова? О нет! — возмутилась Лори. — Так нельзя. — Она не одобряла манеру Скай назначать два свидания на один и тот же вечер, а потом решать, которое из них отменить. — Знаю, — пожала плечами Скай. — Их обоих я поменяю на Энди Прайса, когда он тебе надоест. Лори вздохнула. — А как насчет того, чтобы сделать это прямо сейчас? Я встречаюсь с ним в субботу вечером. Надеюсь, придумаю, как с ним расстаться. Скай сделала глоток кока-колы и кивнула головой. — Да, я хорошо понимаю, почему ты хочешь от него избавиться. Он слишком хорош собой, слишком весел, а его отец всего лишь доктор Раймонд Прайс — самый известный и значимый человек в Шэдисайде. — Доктор Прайс его отчим, — поправила Лори. — Дай мне передышку, — засмеялась подруга. — Он также главный врач этого госпиталя, так что ты лучше не раскачивай лодку с Энди, пока здесь работаешь. Что же всё-таки с ним не так? — Просто он бесцельный, бестолковый парень, — пояснила Лори, ковыряя вилкой салат. — Не каждый мечтает стать врачом, как ты. — Скай действительно восхищалась подругой, но иногда думала, что ей не помешало бы быть чуть попроще. — По-моему, Энди ни к чему не относится серьезно, — сказала Лори, задумчиво прожевывая салат. — Он серьезен по отношению к тебе, — возразила Скай. — В этом-то и проблема. Энди очень властный. Мне не нравится, что он все время пытается меня привязать. У меня много интересов, и иногда мне хочется проводить время с другими парнями. Санитар в белом халате, сидящий рядом со Скай, собрал свою грязную посуду и покинул стол. Скай потянулась к тарелке Лори еще за одним кусочком картошки, но вдруг замерла с рукой, повисшей в воздухе, выпрямила спину и ровно уселась на стуле. — О боже! Рассуждая о других парнях, угадай, кто сейчас вошел? — Кто? — Лори не решилась оглянуться и посмотреть. — Поверишь, Том Круз! — восторженно прошептала Скай. — Это не так! Этого не может быть. — Лори все-таки повернулась. — Да, почти копия. Только Том Круз постарше, и у него не такие красные волосы. — Они не красные. — Ну ладно, красноватые. Скай, прекрати на него пялиться! — воскликнула Лори. — Может, он не такой взрослый, как Том Круз, но все равно слишком стар для тебя. Держу пари, он из колледжа. Мы не вызовем у него интереса. — Он направляется в нашу сторону, — задыхаясь, проговорила Скай. — Это место не занято? — спросил приятный низкий голос. Скай улыбнулась. Вблизи парень был так же хорош собой, как и актер, может, даже еще привлекательнее. Высокий, с темно-голубыми глазами, а его футболка говорила, что он, возможно, спортсмен или человек, работающий с тяжестями. Футболка выглядела забавно — на белом фоне большими черными буквами было написано: «Не та дорога. Возвращайтесь обратно». На плече юноши висел желто-коричневый халат, выдающий, что он тоже студент-практикант. — Присаживайтесь, — пригласила Скай, освобождая для него пространство на столе. — Мы припасли это место для любого студента-практиканта, который пожелает присоединиться к нам и вступить во владения госпиталя. — Зачислите меня в вашу команду, — шутливо откликнулся он, ставя на стол гамбургер и кофе. Он беседовал со Скай, но смотрел на Лори. Усевшись на стул, даже наклонился вперед, чтобы быть ближе к ней. Я — Рик Спенсер, студент-практикант хирургического отделения с трехдневным стажем. — Я Лори Мастерс, с этой недели работаю в детском отделении. — Она прищурила голубые глаза и внезапно почувствовала тепло, исходящее, бесспорно, от Рика Спенсера и его улыбки. — Я тоже, — сказала Скай. — Девятый этаж, детское отделение и стройка. Я — Скай Кили. Эй, мне очень нравится твоя Футболка. Рик повернулся к ней. — Правда? У меня самая большая в мире коллекция футболок. Это мой единственный путь к славе. — Он откусил кусок бутерброда и опять уставился на Лори. — Вам здесь нравится? — Это грандиозно, — ответила она, заражаясь интересом Рика. — Это то, о чем я мечтала всю жизнь, — работать в госпитале. Хотя тетя предупреждала, что мне здесь может наскучить, я наслаждаюсь каждой проведенной тут минутой. — Лори хочет стать врачом, — объяснила Скай. — Если мы вообще окончим Шэдисайдский колледж. — Не шутите так, — предостерег Рик, потягивая кофе и фиксируя взгляд на Лори. — Я собираюсь на второй курс Саузбэнкского колледжа, но подумываю о том, чтобы продолжить учебу в медицинской школе, — уточнила она. — А я собираюсь стать акробатом в цирке, — пробормотала Скай. Она не любила, когда на нее не обращали внимания. — Но думаю, прежде чем строить серьезные планы на будущее, надо набраться опыта в госпитале, — добавила Лори. — А почему ваша тетя полагает, что вам тут наскучит? Она работает здесь? Она врач? — Нет, — сказала Лори. — Она финансовый консультант, аудитор. Тетя воспитывала меня после смерти моих родителей и всегда заботится обо мне. Внезапно гул столовой прервало резкое сообщение, раздавшееся в громкоговорителе: — Код Синий, палата девятьсот три. Код Бригада, в девятьсот третью. Несколько врачей вскочили со своих мест и выбежали из столовой. — О, — протянула Скай. — Код Синий. Они называют только Коды. — Что? — не понял Рик. Лори объяснила: — Их вызывают тогда, когда пациент попадает в кардиологическую кому или происходят какие-нибудь другие экстренные случаи. Здесь есть специальные медицинские бригады, ответственные за это. Если они поторопятся, то могут спасти жизнь пациенту. Видели, как некоторые из них вскочили и побежали? — Полагаю, мне есть чему поучиться. Я ничего подобного не видел и не слышал. — У Рика на лице было написано, что он действительно ничего не слышал и не видел, кроме Лори. Сообщение повторилось: — Код Синий, палата девятьсот три. — Вы к этому привыкнете, — сказала ему Лори и вдруг замерла с открытым ртом. 903 палата была палатой маленького Тоби Диана. Код Бригаду вызывали для него! Она резко оттолкнула стул и пулей выбежала из столовой. ...

Все права на текст принадлежат автору: Роберт Лоуренс Стайн.Это короткий фрагмент для ознакомления с книгой.

libmir.com

Читать Еще ужастики - Стайн Роберт Лоуренс - Страница 1

Р. Л. СТАЙН

ЕЩЕ УЖАСТИКИ

Первая охота

— В чем дело, Брайан? — спросил папа, взглянув на меня в зеркало заднего вида. — Мы в дороге уже четыре часа, а ты не обмолвился и парой слов. Разве ты не рад?

— Конечно рад, пап. — Я улегся на сиденье. Таким образом, он не мог видеть выражения моего лица в зеркале. И не видел, что я лежу.

Мы ехали к Громовому Озеру. Мы ездим к Громовому Озеру каждое лето. Это база отдыха, с отдельными домиками, полем для гольфа, большим озером и всякими другими примочками.

Большинство семей приезжает сюда потому, что тут имеется и лагерь для детей. Взрослые скидывают их там, а сами дни напролет играют в гольф и тусят по клубам.

— Уверен, что все хорошо, Брайан? — спросил папа.

— Оставь его в покое, милый, — вмешалась мама. — Наверное, Брайан немножко нервничает из-за того, что этим летом будет жить в лагере.

Нервничаю — не то слово. «В ужасе» — вот это уже поближе к истине.

Папа прочистил горло. Он всегда так делает, прежде чем провести со мной воспитательную беседу.

— Вот смотри, Брайан. Подростковый лагерь поможет тебе избавиться от застенчивости. Со старшими ребятами ты и сам почувствуешь себя взрослее. И вообще, там тебе самое место. Тебе ведь уже двенадцать…

Это верно, подумал я. Мне двенадцать. И страшно хочется дожить до тринадцати!

— Ты замечательно проведешь время… — не унимался папа.

— Я понимаю, сейчас тебе страшно, — сказала мама. — Но наступит день, когда ты ничего не будешь бояться. Вот увидишь.

Мама с папой были в корне неправы. Разумеется, перспектива оказаться в лагере меня слегка нервировала.

Но что действительно меня пугало, так это истории о Громовом Озере. Истории о тварях, блуждающих в ночи. О воплях и завываниях, и огромных следах на земле.

О вервольфах, обитающих в окрестностях озера.

Я слышал эти истории с тех самых пор, как мы начали проводить каникулы на Громовом Озере шесть лет назад. И они до сих пор ужасно меня пугали. И не менее ужасно это раздражало моих родителей.

Мои родители думали, что я слабак.

Так что я предпочел помалкивать насчет этих баек.

Но все равно боялся.

— А вот и табличка: еще десять миль! — провозгласил папа.

Я сел и выглянул в окно. Разумеется, на табличке было написано: «До Озера Грома 10 миль».

Потом появилась табличка, что осталось пять миль.

Время летело неумолимо.

Наконец, я увидел табличку, повергшую меня в ужас:

«Добро пожаловать на Громовое Озеро! Семейный отдых. Купание. Пешие прогулки. Катание на лодках. Гольф. Теннис».

…и оборотни.

В лагере оказалось десять ребят. Единственным двенадцатилеткой был парень по имени Кевин. Мы с ним оказались младшими в группе.

У Кевина были рыжие волосы и самая бледная кожа, какую я у кого-либо видел. Старшие пацаны над ним потешались, потому что мать заставляла его мазаться толстым слоем лосьона, чтоб не обгорел.

У меня волосы каштановые, глаза карие, а кожа не обгорает. Так что над моей внешностью не смеялись. Но я невысокий и малость неуклюжий. И вот это давало им повод для насмешек.

Трое старших парней были крутые. Джейк, Фил и Дон. Им было по пятнадцать.

У Джейка были темные вьющиеся волосы и золотая сережка в ухе. У Фила были голубые глазки-бусинки, и он всегда носил футболки с логотипом «Ред Булл». Дон был невысокий, коренастый и пакостный.

— Будь я посмелее, называл бы его Жирдяем, — прошептал мне Кевин во время игры в бейсбол.

— Ага, — прошептал я в ответ. — Но он бы на тебя сел и раздавил в лепешку.

Когда наступил мой черед отбивать, я потрусил к базе. Дон был кэтчером. При виде меня он крикнул:

— Полегче!

А потом он ухмыльнулся.

И я оцепенел.

Я никогда раньше не видел его улыбающимся. Словом, я никогда раньше не видел его зубов.

Но теперь смог разглядеть хорошо.

Таких длинных зубов я в жизни не видел. И еще они были острые.

Словно клыки.

Словно волчьи клыки.

Тут Дон проделал нечто странное. Он быстро закрыл рот и отвернул лицо.

Словно только сейчас вспомнил, что улыбаться ему не следует.

Я сглотнул и облизнул губы. Каждую секунду, что я стоял на базе, я представлял, как его клыки впиваются мне в ногу.

Когда я отбил мяч, Дон опять усмехнулся. Я не мог поверить своим глазам! Его зубы выглядели нормально. Его клыки исчезли!

Но я знал, что они мне не померещились.

Тут-то и вспомнились мне байки про оборотней. На первый взгляд их не отличишь от людей. Они не превращаются в волков молниеносно. Но в ночь полнолуния — бац! — полноценный вервольф!

Мог ли Дон быть оборотнем?

После игры я рассказал Кевину о зубах Дона. Я все ждал, когда он надо мной посмеется. Но он не смеялся.

— Бог ты мой! — сказал он. — Слыхал я всякие россказни про это озеро и про целые семьи, становившиеся оборотнями. Но никогда не верил. А ты уверен, что это был не прикол?

— Должно быть, он самый, — признал я. — Но если он пытался меня напугать, зачем ему было прятать клыки?

— Ага, — согласился Кевин. — Надо бы в полнолуние поостеречься.

Позднее я сверился с маминым карманным календариком.

До следующего полнолуния оставалось всего четыре ночи!

Мне хотелось сказать маме и папе, как я боюсь. Боюсь Дона, который может учинить надо мною расправу. Но я не хотел давать им новый повод считать меня слабаком.

Так что ничегошеньки я не сказал. Даже когда они отправились в картежный клуб и оставили меня в домике совершенно одного.

Я твердил себе, что никаких оборотней не существует. Что Дон самый обыкновенный мальчишка.

Поначалу вокруг стояла тишина. Потом снаружи послышался какой-то шорох.

У меня заколотилось сердце. Но я сказал себе, что это всего лишь белка.

Шорох стал громче.

У меня затряслись поджилки. Я сказал себе, что это всего лишь енот.

Из-за двери послышался низкий рык. Потом зацарапались, потом снова рык.

Я сказал себе, что это всего лишь Дон.

Я погасил свет и выглянул в окно. Лунный свет рассеивал темноту. С расстояния я увидел, как нечто красное движется к озеру через ряды деревьев.

Красная футболка «Ред Булл».

Фил! Несущийся через лес, словно дикий зверь!

Как только вернулись мама и папа, я все им выложил. Мне было плевать, сочтут меня слабаком или нет.

— О, Брайан, ты же не купился? — сказал папа. — Ребята просто сыграли над тобою шутку. Узнали, что ты боишься, и решили этим воспользоваться!

— Я знаю, что тебе трудно не бояться, — подхватила мама. — Но скоро все изменится. Уж поверь.

— Твоя мать права, — согласился папа. — Меня удивляет, что ты повелся на этот трюк, Брайан. Разве ты не понимаешь, как легко бегать вокруг домика и издавать пугающие звуки?

Ладно, рычать по-волчьи и впрямь любой дурак может.

А следы волчьи оставлять — тоже любой дурак умеет?

А именно их я и увидел на следующее утро.

Не обычные волчьи следы.

Эти были как минимум по десять дюймов в длину!

Я обнаружил их на земле вокруг домика и шел по ним, пока они не исчезли в лесу — как раз на том месте, где прошлой ночью я видел Фила.

Фил тоже был оборотнем. Никаких сомнений.

Пару ночей спустя в лагере устроили пикник у озера. Я не хотел идти. Но поскольку луна была еще не полная, я решил, что ничего мне не сделается.

Съев гамбургеры и поджаренный зефир, мы расселись вокруг костра. Джейк поведал старую байку о каком-то хмыре, у которого вместо руки был крюк.

На меня она не произвела ни малейшего впечатления. Хмырь с крюком меня не пугал. Вот оборотни — другое дело.

Я не сводил глаз с Дона и Фила. Свет костра отбрасывал на их лица жутковатые тени. В отблесках огня их глаза светились кроваво-красным. Каждую минуту я представлял, как они отращивают клыки и когти.

Но ничего не происходило.

Когда пикник закончился, мы зашагали по тропинке к нашим домикам. Внезапно я понял, что забыл у костра свою новенькую куртку. Если я оставлю ее валяться на песке всю ночь, мама меня убьет. Так что я побежал за ней.

online-knigi.com

Роберт Лоуренс Стайн Нож Улица страха – 14

1. /Нож.docРоберт Лоуренс Стайн Нож Улица страха – 14

Роберт Лоуренс Стайн

Нож

Улица страха – 14

«Нож»: Астрель / АСТ; М

Оригинал: R. L. Stine, “The Knife”,

Перевод: М. Мартиросян

Аннотация

Ш-ш-ш. В Шэдисайдском госпитале каждая палата хранит свою ужасную тайну.

Бедная Лори Мастерс. Студентка-практикантка слиш­ком много видела, и теперь врачи и медсестры пристально следят за ней.

Они столкнулись со смертельным диагнозом. Лори, мо­жет, и не больна, но она получила предписание — предписа­ние ужаса!

Р. Л. СТАЙН

Нож

Глава 1

Неделей раньше

— Эй, Лори! Подожди!

На полпути до конца коридора Лори Мастерс повернулась и увидела надвигающуюся на нее тучу серебристых воздушных шариков. Впереди, вприпрыжку, шла невысокая, темноволосая, миловидная девушка и так крепко держала веревочки, будто опасалась, что гелий может поднять ее к потолку. Скай Кили, лучшая подруга Лори, неслась, тяжело дыша.

— Где праздник? — поинтересовалась Лори.

— Это для ребенка из девятьсот первой палаты, — ответила Скай. — Он уже получил столько игрушек и цветов, что, похоже, для него самого скоро там не будет места. А что ты делаешь в детском отделении?

— Меня перевели сюда сегодня утром, — пояснила Лори. — В ортопедическом отделении произошли какие-то изменения. Ты даже представить себе не можешь, как люди умудряются ломать себе кости...

Скай закатила глаза.

— Расскажи мне об этом, — произнесла она без особого интереса.

— Пойдем, — позвала Лори. — Мне надо отнести эти рентгеновские снимки в отделение медсестер.

Девушки зашагали дальше по тускло освещенному коридору. Обе были одеты в невзрачные желто-коричневые халаты, которые в Шэдисайдском госпитале носили все студенты-практиканты. Но на точеной фигурке Лори он выглядел совсем неплохо. Она оставила снимки в отделении.

— Встретимся в столовой во время обеда? — спросила Скай.

— Конечно. Вдруг наконец сегодня ты встретишь того симпатичного студента-медика, которого забыть не можешь. Тогда покинешь этот госпиталь и остаток лета посвятишь своей личной жизни.

— Очнись! В таком виде? — Скай остановилась и с отвращением дернула халат. — Не пойму, и как только тебе удается так отлично в нем выглядеть? Просто несправедливо, — проговорила она с завистью и потрясла темными волнистыми волосами. — В любом случае пока я не буду увольняться с этой работы. Между прочим, она не самая плохая из всех, что мне приходилось выполнять летом. И я уже не злюсь на тебя за то, что ты привела меня сюда.

Неожиданно из-за угла появилась медсестра в накрахмаленном белом колпаке и форменной одежде. В руках она несла поднос с медикаментами.

— Все, девушки. Приступайте к работе. Нельзя же стоять тут целый день и трепать языками, — сделав замечание, медсестра удалилась, поскрипывая тапочками на резиновой подошве.

— О! — отреагировала Скай. — Это медсестра Уилтон. Эдит Уилтон. Держись от нее подальше. Говорят, она смеялась всего один раз в жизни, но, очевидно, это было до того, как мы с тобой родились. А вот и девятьсот первая. Ну, все. Увидимся за обедом. — Она открыла дверь и не без труда внесла в палату связку шариков.

Лори сделала несколько шагов дальше по коридору.

По мере того как она приближалась к строящемуся новому крылу госпиталя, шум строительных работ становился все громче. На тяжелой двери, которая отделила новое крыло от старого здания и частично заглушала грохот, висела яркая предупреждающая надпись: «ОПАСНО! НЕ ВХОДИТЬ!»

Новое крыло строилось на десять миллионов долларов, которые Шэдисайдскому госпиталю пожертвовал Франклин Страх. При этом, унаследовав привычку своего предка Саймона Страха, миллионер называл все, что возводилось на его деньги, своим именем. Так появилось крыло Страха. «Не самое удачное название для отделения госпиталя», — с содроганием подумала Лори.

Она остановилась и прислушалась. За дверью рабочие стучали молотками и что-то пилили.

Но неожиданно во время минутного затишья Лори уловила какой-то другой, необычный звук. Девушка замерла. Нет, она не ошиблась — где-то поблизости рыдал ребенок.

Лори огляделась. Плач явно доносился из 903 палаты, расположенной прямо напротив холла. Она поспешила туда, откуда раздавались эти тихие, жалобные стоны изнуренного ребенка, судя по всему страдающего уже длительное время.

Легонько стукнув в дверь 903 палаты, Лори на цыпочках вошла внутрь. На громадной белой больничной койке, спиной ко входу, лежал маленький мальчик.

— Всем привет! — бодрым голосом произнесла практикантка.

Ребенок не шелохнулся, продолжая плакать, но теперь уже более тихим охрипшим голосом.

Лори огляделась. В палате не было ни цветов, ни игрушек, ни открыток, абсолютно ничего, что могло бы хоть как-то развеселить больного, напуганного малыша.

— Я пришла проведать тебя, — сказала она.

Плач прекратился, но у мальчика было затрудненное дыхание, и он все еще не поворачивался в ее сторону, пристально глядя в окно, расположенное напротив двери.

Лори подошла к изголовью кровати, чтобы прочитать, что написано на висевшей там медицинской карте, и проговорила вслух:

— Тоби Диан... три года... пневмония.

Его температура была в норме вот уже несколько дней, так что скоро он должен отправиться домой. Почему же малыш так несчастен?

Обойдя койку, она подошла к ребенку с противоположной стороны.

— Привет, Тоби. Меня зовут Лори. Я здесь работаю. — У него было маленькое, бледное личико, взъерошенные рыжевато-золотистые волосы и рыжие веснушки на носу. — Я — студентка-практикантка, — тихим голосом продолжила девушка. — Выполняю всякие поручения. Например, разношу разные вещи, а иногда навещаю людей, которым грустно и одиноко вдали от дома. Это ведь именно то, что ты сейчас чувствуешь?

Тоби икнул и засопел. Лори достала из коробки, лежащей на тумбочке, бумажную салфетку и приложила ее к мокрым щекам мальчика. Он снова засопел и отвернулся.

— Я тебя не виню. Я тоже плакала бы, если бы меня здесь держали. Но ты почти здоров. Держу пари, скоро вернешься домой.

Мальчик тихо всхлипнул и изо всех сил зажмурил глаза.

— Не хочешь поговорить? Ничего, все в порядке. Тогда я просто составлю тебе ненадолго компанию. — Лори ласково погладила его мягкую ручку, стараясь утешить. — Хочешь, я тебе почитаю? Могу раздобыть книжку и прочитать интересный рассказ. Идет?

Внезапно дверь резко распахнулась, и в палату большими шагами вошла медсестра Уилтон.

— Что вы здесь делаете? — грубо спросила она.

— Я... я просто разговаривала с Тоби, пытаясь его немного развеселить, — смущенно ответила Лори.

— Не теряйте зря время, — перебила ее медсестра. — Он не хочет с вами разговаривать. Он ни с кем не хочет разговаривать. Вы только беспокоите его. И вообще, вам следует быть в другом месте. Будьте добры, покиньте палату.

Пораженная грубостью Уилтон, Лори вспомнила, что большинство медсестер сильно устают и становятся ворчливыми. Одна из ее подруг по колледжу, Майра Парне, рассказывала, что ее мать, тоже медсестра, часто перенапрягаясь, даже становилась странной.

Покидая палату, она оглянулась, чтобы еще раз взглянуть на Тоби. Сейчас он смотрел на нее, выглядывая из-за широкой спины медсестры. Глаза его были полны слез, и во взгляде ощущалась недетская боль.

Почувствовав какой-то внезапный толчок, девушка подумала, что этот ребенок нуждается в ее помощи.

lib2.podelise.ru


Смотрите также